Лес по расчету



Экономика станет главным акцентом научных исследований в наступившем году

Если под Новый год деловая активность где и замирает, то только не в Рослесхозе. Кипению научной мысли не в силах были помешать даже уже наряженные елки. Одна такая, увенчанная синим шпилем, подмаргивала членам НТС Рослесхоза фиолетовыми лампочками, но собравшиеся на последнее в 2011 году заседание секции использования и воспроизводства лесов были серьезны. Плотность повестки дня (6 непростых вопросов) предпраздничного легкомыслия не предполагала. Кроме того, на размышления наводило сообщение заместителя руководителя Федерального агентства Николая Кротова о том, что на 2012 год подходы к организации научных исследований планируется изменить и приказ об этом уже готов.

От Ямала до Тамани

И в самом деле, темы, заявленные в повестке, проходными не назовешь: система контроля за оборотом кругляка, перспективы использования клонов на лесосеменных плантациях, различные аспекты лесохозяйственной деятельности на Северо-Западе, восстановление лесных экосистем, придавленных тяжелой стопой минерально-сырьевого комплекса, взаимосвязь рубок ухода и прибыльности бизнеса. Последнее в году заседание стало в некотором роде «бенефисом» гостей из северной столицы: пять вопросов из шести докладывали сотрудники Санкт-Петербургского НИИ лесного хозяйства. Ни один доклад не был признан неподготовленным, напротив, по поводу каждой работы произносилось немало хороших слов: важная, полезная, своевременная. Обо всем в газетной заметке не расскажешь, остановлюсь на двух темах.

Первая в повестке заседания была записана так: «Разработка научно обоснованных требований к восстановлению лесных экосистем и мониторинг их состояния в зонах разработок месторождений минерально-сырьевого комплекса». Методика мониторинга составлена и приложена к отчету.
Целью работы, по словам заместителя директора СПбНИИЛХ Анатолия Жигунова, было создание нормативной базы для восстановления экосистем, пострадавших при добыче полезных ископаемых как открытым, так и закрытым способом, а также при транспортировке извлеченного. Задача, заметили члены НТС, гигантская, но тут же предостерегли от ухода в комплексный мониторинг – у экологов это есть. Докладчик возразил: судя по тому, какое влияние оказал нефтегазовый комплекс на лесные экосистемы Западной Сибири, работы хватит всем.

Тут же кто-то напомнил, что строители газопровода «Южный поток» не церемонятся с редкими растениями в уникальных анапских лесах: «Как оценивать компенсацию? Можно Газпром обязать, чтобы финансировал восстановление экосистем? Мы попытались это сделать, но Газпром целый год уклоняется от переговоров. Пока не появится четкой законодательной базы, будем сталкиваться с этим бесконечно».

«Позволю себе прокомментировать, – вступил в разговор председательствовавший на заседании Николай Кротов. – Тема родилась не просто так, рекультивация нарушенных земель – вопрос очень острый, хотя в проекте освоения лесов там, где объекты носят временный характер, рекультивация предусмотрена. Проект освоения должен содержать набор таких мер, но вот тут-то и начинается самое сложное. Когда проект освоения составляется и мы пытаемся вытащить то, что относится к рекультивации (раньше это было неотъемлемой частью любого проекта строительства, лицензионного соглашения и т.д.), выясняется, что те лицензии, которые выдавались давно, сопровождаются документами, прошедшими Государственную экологическую экспертизу, а вот по современным принятым решениям зачастую этого нет. Но дело даже не только в том, чтобы проект рекультивации присутствовал. Нам очень важно понимать, как исполнитель работ будет восстанавливать нарушенное, тот это набор мер или не тот? На момент составления проекта освоения это требование можно было бы выдвинуть. Говорить об этом надо на этапе, когда проект освоения рассматривается, но нормативно там очень много дыр».

Решили так: вопрос с Северами (и не только) крайне важен, но поскольку порядок рекультивации нигде не обозначен, авторам работы на следующем ее этапе предстоит этот механизм подробно прописать. Тем более, как заметил зам главы Рослесхоза Н.Кротов, «в том, что касается методических рекомендаций, наши возможности теперь гораздо шире, чем прежде».

Инструкция как тормоз

Название последнего доклада – «Разработка технологии повышения эффективности организации лесного хозяйства на основе системы рубок ухода» – для непосвященных звучало вполне заурядно. Но только для непосвященных. Члены совета слушали заведующего лабораторией лесоустройства СПбНИИЛХ Бориса Романюка с особым вниманием. Ведь то, что предлагает известный своими неортодоксальными взглядами питерский ученый, касается принципиальных основ ведения лесного хозяйства.

Промежуточный отчет, выполнявшийся в течение 2011 года, базируется на двух этапах работы. Первый этап – анализ законодательных документов, которые, по мнению автора, ограничивают инициативу и препятствуют повышению эффективности использования лесов: «Сейчас есть три законодательных документа, которые вносят принципиальные ограничения к переходу на другую систему, при которой можно было бы оценивать эффективность лесного хозяйства и прогнозировать эту эффективность при изменении хозяйственных критериев».

Названия этих тормозящих дело документов привожу в той последовательности, в какой они перечислены в докладе: порядок исчисления расчетной лесосеки, правила ухода за лесами, лесоустроительная инструкция.

«Существующий порядок исчисления расчетной лесосеки декларирует, что обеспечивается многоцелевое, рациональное, непрерывное, неистощительное использование лесов, исходя из установленных возрастов рубок; что сохраняется биоразнообразие, водоохранные и иные полезные свойства лесов. Однако по сути применяемая сегодня методика не более чем опосредованно и приблизительно позволяет достичь лишь непрерывности и неистощительности лесопользования, и то – только за счет выравнивания возрастной структуры лесов, – изложил свое видение вопроса докладчик и продолжил: – Это происходит потому, что в методике не учитываются два важнейших фактора: экономика и прогноз динамики лесного фонда. Иными словами, неясно, что случится с лесом в результате мер, которые мы планируем. Так что, если суммировать, эта методика, к сожалению, не может быть использована для оценки существующей эффективности лесного хозяйства и ее потенциального увеличения».

Аналогичные замечания принципиального характера есть у автора отчета и к другому документу – правилам ухода за лесами: «Они носят лесоводственный характер, и там нет экономики». Замечания к третьему документу – лесоустроительной инструкции – «носят более технологический характер, их легче устранить».

Ухаживаем и богатеем

На втором этапе работы оценивались все элементы, которые влияют на экономическую эффективность рубок ухода. Автор составил сложную модель, более полутысячи параметров которой позволили сформировать статистическую базу. Главным было выяснить, насколько рубка ухода повышает эффективность лесного хозяйства по сравнению с тем, если бы таких рубок не проводилось. Под эффективностью автор отчета понимает совокупную стоимость сортимента, которую можно получить за цикл ведения лесного хозяйства при наличии рубок.

Для наглядности питерский ученый привел три разных варианта. Два экстенсивных (рубка только финальная под сортиментные планы и цены, которые сложились на рынке). Третий вариант, как нетрудно догадаться, интенсивный. К нему авторское пояснение такое: поскольку рынок лесоматериалов у нас искусственно ограничен, то есть ориентирован на экспорт, для определения его максимальной эффективности брались данные по сортиментам Швеции – страны, где спрос полностью сформирован и где, по мнению Б.Романюка, правильная ценовая и сортиментная структура. Таким способом можно понять, как это будет выглядеть при условии развитого лесного хозяйства и сформированного спроса.

Эффективность в разных ситуациях, доложил автор, вырастает в денежном выражении до 180 процентов, в отдельных случаях даже до 270 процентов. Естественно, результат очень сильно зависит от начальных условий древостоя, поэтому графическая картинка изображена для разных условий и при разном породном составе. Из нее следует, что различия могут быть чрезвычайно значительными и что эффективность рубок ухода больше всего проявляется в смешанных древостоях. «Убираем наименее ценные осину, березу – в финале достигаем максимальной эффективности», – прокомментировал Б.Романюк. Идея красивая: промежуточные рубки в качестве средства формирования более ценных древостоев с одновременным использованием этих рубок для получения дополнительного дохода.

Квинтэссенция работы выражена в графике «Эффективность цикла хозяйства для объекта при разных сценариях ведения лесного хозяйства». Три кривые, то есть три модели ведения лесного хозяйства (зеленая, синяя и красная), весьма красноречивы, особенно подкрепленные комментарием автора: «Зеленая кривая – экстенсив, который у нас сейчас, синяя – переход на интенсивную модель при существующей структуре цен и сортиментных планах, красная – максимальная эффективность, которая могла бы быть достигнута, если бы у нас был развит спрос и рынок лесоматериалов, то есть это финально то, к чему лесное хозяйство и будет стремиться».
Расчет эффективности делался на объекте, типичном для Северо-Запада России, в Лисинском опытном лесхозе. Там автор увидел, что «потенциал увеличения эффективности наших лесов через правильную систему рубок ухода, через верное планирование чрезвычайно велик. Тут ничего нового по смыслу, эта система давно применяется в Скандинавии, и насколько применима она к нашим условиям, я постарался показать».

Интенсивность, по словам Б.Романюка, может увеличиться в 2,5 раза при том, что такой сценарий позволяет вести лесное хозяйство неистощительно.

На кого работаете?

Ссылка на Скандинавию в качестве ориентира практически совпала с представлением в Петрозаводске документального фильма, снятого карельскими «зелеными». Разоблачение под названием «Опыт интенсивного лесопользования в Скандинавии» публику впечатлило не меньше, чем в свое время хрестоматийная картинка «Здесь прошел леспромхоз». Получалось, что гнаться за сомнительным примером северных соседей не стоит.

"К чему это привело в Южной Финляндии, где властвует собственник, все ограничения отменены, где рубятся средневозрастные леса, известно. К тому же может привести и у нас", – предостерег один из выступивших.

«Есть такое опасение», – согласился Борис Романюк и напомнил, что к подобной интенсивности финны шли лет сто, там сейчас по этому поводу затеялась большая дискуссия, а мы только ступаем на эту тропинку. Но в любом случае противоречий между экономикой и охраной лесов нет, потому что категории лесов разные и российское законодательство предусматривает ограничения.
Однако не все готовы были согласиться, что противоречий между задачей охраны природы и предложенной моделью не существует.

«Исследовалось ли влияние интенсивности рубок в транспортно доступных зонах на неистощительность, устойчивость лесопользования с учетом затрат на перевозку леса?» – прозвучал из зала уместный вопрос.

Ответ был утвердительным: да, это обкатывалось с известной компанией «Илим Палп».
«Ваша работа касается технологии повышения эффективности или технологии организации лесного хозяйства?» – пожелал уточнить один из присутствующих.

«Эта работа в финальной части будет включать технологию эффективности. Обоснование смысла должно быть обязательно, и на втором этапе мы сделаем систему нормативов, которые будут позволять судить об этом», – внес ясность исполнитель отчета.

«В чем эффективность? – продолжил дискуссию оппонент и, услышав, что эффективность в деньгах, задал вопрос на засыпку: – Правильно ли я понял, что это делается в интересах третьих лиц? И нормативные документы нужно изменить, чтобы они получили максимальную прибыль?»
«Работа сделана не в интересах третьих лиц, а в интересах нашего лесного хозяйства, к понятным индикаторам эффективности которого мы должны перейти. Нужно использовать экономически обоснованные показатели», – отразил удар Борис Романюк.

«Очень хорошая работа!» – поставил точку в дискуссии Николай Кротов.

Для нашей газеты, подводя итог 2011-му и обозначая перспективу на 2012-й, Николай Степанович сообщил, что в минувшем году тематика НИР была разделена на два блока – клонирование, выращивание растений с заданными свойствами и прикладные темы с лесовосстановительным уклоном. Главным на ближайшую перспективу станет привнесение экономики во все виды лесохозяйственной деятельности.

Похоже, разговор об этом уже начался.  

Автор: Елена Субботина
Источник: российские лесные вести, 16.01.2012